Язык, как агент социального контроля

Универсальным агентом социального контроля, более того — базовым его инструментом можно считать язык. Помимо того, что именно язык является «архивом» девиантных ярлыков, сама структура языка нормативна. Попробуем рассмотреть это подробнее.

Язык, как агент социального контроля

Во-первых, язык нормативен сам по себе: если я хочу выражать свои мысли так, что бы меня понимали другие, я должен соблюдать правила грамматики и синтаксиса. При этом, сами слова, соединяемые по определенным правилам (семантические правила языка) «программируют» мое восприятие того, о чем я говорю. Свои мысли я должен облечь в нормативную форму, но, будучи озвученной, форма (слова) начинает влиять на мои мысли. «Слово — не воробей», говорит народная мудрость.

Считается, что основные функции языка — это описательная и оценочная. С ярлыками связана именно оценочная функция, это наиболее заметный нормативный аспект языка. Однако, описательная функция не менее нормативна. Скажем, вы попадаете на вечеринку в незнакомую компанию. Ваш друг, который уже бывал здесь, начинает вводить вас в курс дела. Он описывает присутствующих, рассказывает, чем обычно на этих вечеринках занимаются и т.п. Вроде бы он просто описывает ситуацию.

Однако, тем самым он кодирует ваши возможные поведенческие реакции. Например, он говорит: «Вот тот тип в углу все время молчит, а вот та девушка — любит анекдоты и вообще юмор». Имея эту информацию, вы вряд ли подсядете к «тому типу», что бы просто поболтать, а, общаясь с девушкой, вряд ли начнете обсуждать с ней проблемы социальной несправедливости. По крайней мере сначала, пока вы ближе с ними не познакомитесь, вы будете опираться на информацию предоставленную вам другом, она станет нормативной основой ваших взаимодействий.

Можно сказать, что на хаотичную, неупорядоченную реальность язык накладывает некую смысловую схему, матрицу, упорядочивающую эту реальность, придающую ей смысл. Поэтому неслучайно, что девиантные сообщества (профессиональные преступники, например) создают свой жаргон, выражающий их картину мира. Язык — универсальный инструмент социального контроля, доступный как формальным, так и неформальным агентам.

Пример. В пятый класс школы № N прибыл ученик Вовочка. Он плохо учится, грубит учителям и склонен к насилию над сверстниками. Родители у Вовочки — «неблагополучные». Это — просто факты. Классная руководительница Марья Ивановна, на очередном педсовете, где обсуждается «проблема Вовочки», действуя как агент социального контроля, может дать две возможных интерпретации этих фактов. Курсивом выделены слова-маркеры, задающие ход интерпретации.

Интерпретация первая: Вовочка — трудный подросток из неблагополучной семьи. У него занижены интеллектуальные способности и затруднена адаптация. Он агрессивен и проявляет явно девиантные поведенческие реакции. Все это доказывает, что Вовочку нужно направить в учреждение для детей с девиантным поведением (спецшколу).

Интерпретация вторая: Вовочка — несчастный ребенок, лишенный родительской опеки. Он плохо учится потому, что с ним никто систематически не занимался и его способности не развивались. Адаптационные способности у Вовочки снижены потому, что он просто не имеет опыта нормальных отношений со взрослыми. Агрессивность по отношению к сверстникам вызвана тем, что это — его единственный способ самоутверждения, т.к. они воспринимают его как «неблагополучного», учеба ему не дается. Все сказанное доказывает, что Вовочке нужно помочь, с ним нужно заниматься и уделять ему больше внимания, чем другим школьникам. Наш класс возьмет над Вовочкой шефство.

Перед нами две совершенно разных по смыслу интерпретации, конструирующие для Вовочки два варианта будущего. В каждом случае основной инструмент контроля — слова. Неслучайно юристы так тщательно проверяют каждое слово в составляемых документах — слова имеют склонность изменять реальность, которую они описывают.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.