Эволюционная теория поведения

Среди теорий других сторонников положения о врожденной природе девиантного поведения (точнее — агрессивного поведения) заслуживает серьезного внимания эволюционный подход, приобретший значительную популярность в широких научных кругах благодаря трудам своих крупнейших представителей К. Лоренца, представляющего этопсихологическую школу и американских палеоантропологов Уошберна и Ардри. Отметим, что упомянутые теории объясняют скорее именно агрессию, нежели девиантность, как таковую. Поскольку насилие — одна из серьезнейших проблем современности, эти теории вошли в наш обзор.

Эволюционная теория поведения

Лоренц, лаурят Нобелевской премии, выдающийся этолог, демонстрирует неожиданное сходство с теорией Фрейда. Согласно Лоренцу, агрессия берет начало из врожденного инстинкта борьбы за выживание, который присутствует у людей так же, как и у всех животных. Лоренц утверждает, что этот инстинкт развился в ходе длительной эволюции и является продуктом приспособления человека к окружающей среде.

Концепции Лоренца и Фрейда фактически утверждают «гидравлическую модель девиантности», согласно их представлениям, девиантная энергия накапливается в человеческой психике, как в некоем резервуаре. В конце концов «открывается клапан», выпускающий излишки этой энергии. Оба ученых сходятся на том, что сдерживание своих девиантных импульсов представляет опасность для психического здоровья человека, который представляется им как существо с постоянно возникающей агрессивно-деструктивной энергией, которая не может долго находится под контролем.

Среди прочих популярных эволюционных теорий заслуживает внимания так называемая «охотничья гипотеза», представленная в творчестве американских палеоантропологов Уошберна и Ардри.

Уошберн, выдвигает гипотезу, согласно которой агрессивные наклонности человека сформировались благодаря его занятию охотой, и именно психология человека-охотника определяет агрессивность человечества на современном этапе. Уошберн полагает, что если человек большую часть своей истории занимался охотой, то и в современном человеке все может быть соотнесено с человеком-охотником, не только физиология, но и психология, и даже привычки.

Обобщая концепции Ардри и Уошберна, можно говорить о том, что именно охотничий инстинкт, в сочетании с развитием мозга и появлением оружия, поражающего на расстоянии, сформировал человека, как существо, активно нападающее на представителей своего вида.

Эта же теория стремится объяснить тендерные различия в проявлениях агрессии и девиантности. Так, эволюция требовала от мужчин физической силы, смелости, мышления, ориентированного на решение конкретных проблем (как убить зверя и т.д.). Поколениями формировался стандарт мужественности, включающий как психологические, так и физические качества. Наиболее важными среди них были личное мужество и способность к принятию решений. Выживание как всего племени, так и отдельной семьи зависело от личного мужества каждого охотника-воина и от быстро принимаемых решений по обеспечению безопасности (принимаемых всегда мужчинами).

Агрессивное поведение мужчин было одним из важных условий выживания, так же, как и его повышенная сексуальная активность. Именно в этом усматривают истоки мужской неверности: биологически мужчина запрограммирован на оплодотворение как можно большего количества самок (привлекающих его внешними-биологическими данными), стремясь оставить потомство.

Не менее специфические требования эволюция предъявляла к женщинам. Во-первых, ее биологическая сущность ориентирована не на добычу и защиту, а на рождение потомства и уход за ним. Это формировало психо-биологическую природу женщины. Выносливость (особого рода, как условие успешного вынашивания и рождения ребенка), чуткость, внимание к нюансам взаимоотношений, стремление не к соперничеству, а к консенсусу. Заботливость, жалость к слабым (самые слабые — дети), стремление к прочному союзу с одним мужчиной (привлекающим ее своими функциональными качествами — охотника, воина), все это направлено на защиту потомства.

Согласно этому взгляду на историю человечества, современное его (человечества) состояние кризисно — не природно, искусственно. Наши биологические и психологические качества деформируются, приобретают уродливые формы, под воздействием цивилизации. Это проявляется в виде преступности (выход агрессии), изменении в отношениях полов (кризис семьи, феминизм и т.д.). При этом, традиционные женские и мужские модели поведения разрушаются, «девиантизируются».

В целом, различные теории, отстаивающие тезис о врожденной природе человеческой девиантности и агрессивности, фактически сходятся в одном: девиантность — вечный и неизменный спутник человека, поэтому насилие и деструктивность в той или иной мере будут сопровождать развитие цивилизации. Различного рода реформы в социальной и духовной сферах жизни общества не способны сколько-нибудь серьезно помешать проявлениям разрушительных тенденций человеческого характера.

Критики этих теорий оперируют сходными аргументами. Во-первых, никаких реальных доказательств существования какой-либо «агрессивной энергии» не существует (Зильман, 1979). Во-вторых, все наблюдения над животными, по мнению многих ученых, не могут столь однозначно переноситься на человека.

Нужно учитывать значительную гибкость и изменчивость человеческого поведения. Человеческий мозг способен к воспроизводству невероятно широкого спектра поведенческих реакций, которые нельзя сводить только к агрессии и насилию. Тем более, неправомерны такие утверждения, т.к. они не учитывают наличия сложных когнитивных (познавательных) структур человеческого мозга. А ведь рассуждения и идеи в значительной степени определяют поведение человека.

Аналогичным образом, существует множество опровержений «охотничьей гипотезы». Данные, полученные при изучении примитивных культур, ведущих образ жизни, сходный с образом жизни первобытных охотников, не всегда свидетельствуют в ее пользу.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.